Царицы своеволий

В филиале ГЦТМ имени А.А. Бахрушина, Доме-музее М.Н. Ермоловой представили выставку «Чаепитие с Дульсинеей: начало двух веков» Дульсинея Тобосская, она же Альдонса Лоренсо  — самая известная русскому читателю испанка. О возлюбленной Дон Кихота знают даже те, кто не читал романа. Благо, есть фильм Григория Козинцева, балет Минкуса, множество европейских и мировых экранизаций и спектаклей. Однако … Читать далее «Царицы своеволий»

В филиале ГЦТМ имени А.А. Бахрушина, Доме-музее М.Н. Ермоловой представили выставку «Чаепитие с Дульсинеей: начало двух веков»

Дульсинея Тобосская, она же Альдонса Лоренсо  — самая известная русскому читателю испанка. О возлюбленной Дон Кихота знают даже те, кто не читал романа. Благо, есть фильм Григория Козинцева, балет Минкуса, множество европейских и мировых экранизаций и спектаклей. Однако в нашем случае театр стал главным героем. Эскизы от Александра Головина до современных художников века нынешнего представлены в роскошном особняке на Тверском бульваре.

Но далеко не только роскошество испанского двора можно увидеть на экспозиции, хотя и оно присутствует. Куда же без Лопе де Вега и Педро Кальдероне? Достаточно взглянуть на стильные, полные изящества, эскизы Виктора Герасименко. А Кармен самого Головина просто прекрасна в своей дерзости и своенравности.

Испания была в поэзии Александра Пушкина, Константина Бальмонта, Максимилиана Волошина, Владимира Маяковского. Некоторые стихотворные посвящения зритель найдёт на выставке. И всё-таки женщина, испанка, будь то Дульсинея или Кармен, стала центром выставки. Страсти всегда кипели и кипят в испанском сердце, русская душа тоже не лишена такого. И всё же есть разница, прочитанная мною в стихах Марины Цветаевой:

Героини испанских преданий

Умирали, любя,

Без укоров, без слез, без рыданий.

Мы же детски боимся страданий

И умеем лишь плакать, любя.

(Они и мы)

Пожалуй, плача в наших страданиях было больше, чем у испанских соплеменниц, те оказывались более стойкими. Но наши русские художники, поэты любили Испанию – за веселье и бесшабашность, за песни и ритмику кастаньет. Константин Коровин писал в воспоминаниях: «На площади я увидел что-то вроде нашего крестного хода. Много духовенства. Несут большое распятие. В серебряных облачениях, с красным на груди; идет много молодых певчих. Пение и колокольный звон напоминали Россию…».

Наталья Кончаловская в книге «Дар бесценный» приведет такие слова отца: «Меня поразила яркость красок, этот желтый песок, синее небо и совершенно изумрудные тени на песке. И когда я потом писал бой быков, я все боялся взять краски в полную силу — никто бы не поверил такой невероятной яркости в цвете».

И, вероятно, у каждого русского художника была в Испании своя Дульсинея и своя Кармен…

МАРИНА АБРАМОВА

Фото взяты с официального сайта музея