Короткая ссылка
Глава МИД России Сергей Лавров в ходе заседания международного дискуссионного клуба «Валдай» прокомментировал заявления о «российском следе» в скандале вокруг разговора американского и украинского лидеров Дональда Трампа и Владимира Зеленского.
Он отметил, что поиск «российского следа» стал навязчивой идеей фикс.
«Тема, которая была вброшена… отражает то, что те в руководстве Демократической партии, кто до сих пор не может смириться с тем, что им не удаётся свалить президента Трампа, что им не удаётся всерьёз поколебать общественное мнение в самих Соединённых Штатах и уж тем более не удаётся доказать какое-то влияние России на внутриполитические процессы, они уже даже не утруждают себя поиском хоть мало-мальски приличных аргументов и фактов», — отметил он.
Как отметил министр, в данном случае «просто вбрасывается тема «Российский след», и на этом всё».
«Я думаю, что здесь ещё одно обстоятельство: попытка вывести из-под удара тех в Киеве, кто активно пытался способствовать приходу демократического президента в Белый дом в 2016 году на выборах и действовал методами точно такими, которые сейчас осуждает Демократическая партия, приписывая их Российской Федерации», — подчеркнул Лавров.
27 сентября спикер палаты представителей конгресса США Нэнси Пелоси заявила, что Россия «приложила руку» к скандалу вокруг разговора Трампа и Зеленского.
В российском МИД, комментируя её слова, заявили, что «по логике спикера руку Россия приложила именно к ней».
В Киеве заявления о «российском следе» назвали «конспирологическим заговором».
RT ведёт прямую трансляцию.
Ошибка в тексте? Выделите её и нажмите «Ctrl + Enter»
Сегодня в СМИ
';
result += '
' + data[i].title + '';
result += '';
}
result += '';
document.getElementById("mediametrics").innerHTML=result;
}
(function() {
var script = document.createElement('script');
script.src = 'https://mediametrics.ru/partner/inject/online.jsonp.ru.js';
document.getElementsByTagName("body")[0].appendChild(script);
}());
Загрузка...
' +
' ' +
''
);
(function(E,n,G,A,g,Y,a){E['EngageyaObject']=g;E[g]=E[g]||function(){ (E[g].q=E[g].q||[]).push(arguments)},E[g].l=1*new Date();Y=n.createElement(G), a=n.getElementsByTagName(G)[0];Y.async=1;Y.src=A;a.parentNode.insertBefore(Y,a)})(window,document,'script','//widget.engageya.com/engageya_loader.js','__engWidget');
__engWidget('createWidget',{wwei:'ENGAGEYA_WIDGET_96960',pubid:170734,webid:140312,wid:96960});
__engWidget('createWidget',{wwei:'ENGAGEYA_WIDGET_117865',pubid:170734,webid:140312,wid:117865});
} else {
$('#widget-body').append('')
awaitYaads(function () {
(yaads = window.yaads || []).push({
id: "294594-1",
render: "#id-294594-1"
});
});
}
});
});
