Уральский юридический университет, выпустивший двух генеральных прокуроров России - Юрия Скуратова и Юрия Чайку, остался без ректора
Уральский юридический университет, выпустивший двух генеральных прокуроров России - Юрия Скуратова и Юрия Чайку, остался без ректора. Владимир Бублик, занимавший этот пост с 2007 года, сейчас руководит вузом в качестве и. о. Осенью прошлого года он не прошел переаттестацию в министерстве образования РФ, заставив беспокоиться влиятельных выпускников за будущее вуза. Как стало известно Znak.com, с инспекцией в УрГЮУ был направлен председатель комитета по государственному строительству и законодательству Госдумы РФ Павел Крашенинников. Вчера он провел заседание попечительского совета вуза, на котором заслушали отчет Бублика. Ситуацию на свой контроль взял свердловский губернатор Евгений Куйвашев. О чем шла речь на закрытом совещании и как вышло, что влиятельный юридический вуз остался с временным руководством, Владимир Бублик рассказал в интервью Znak.com. Министерство сейчас проводит жестко кадровую политику - Насколько мы знаем, вчера вы докладывали о сложившейся ситуации попечительскому совету? - Так и есть. Попечительский совет - это наблюдательный орган, который отслеживает, как развивается и в каком направлении движется университет. Его решения считаются рекомендательными, но с учетом того, кто входит в совет, для меня как ректора эти решения являются практически обязательными - Кто входит в попечительский совет? - Самые известные выпускники вуза. Председатель попечительского совета [председатель комитета по государственному строительству и законодательству Госдумы РФ, сопредседатель Ассоциации юристов России] Павел Владимирович Крашенинников - Самый известный выпускник вуза - генпрокурор РФ Юрий Чайка - входит в попечительский совет? - С прокуратурой отдельный разговор, у них есть определенные ограничения по этому поводу. Сейчас мы ведем переговоры, чтобы в наш попечительский совет вошел первый заместитель генпрокурора [Александр] Буксман (сокурсник Чайки, выпускник Свердловского юридического института 1976 года - прим. Znak.com). Сейчас в попечительский совет входят [зампред Верховного суда РФ] Сергей Рудаков, [бывший генпрокурор РФ, председатель Национального совета саморегулируемых организаций третейских арбитров и судей] Юрий Скуратов, [экс-премьер Свердловской области] Алексей Воробьев, [директор УГМК по корпоративным отношениям и спецпроектам] Олег Мелюхов. Практически все тяжеловесы , которым не безразлично, как вуз развивается. Павел Владимирович попросил меня вчера пояснить, что произошло, почему я был не аттестован, почему были отменены выборы ректора, что ждет университет и как вуз будет выходить из этой ситуации. - На посту ректора вы отработали два пятилетних срока, собирались идти на третий. - Срок моих полномочий истек в конце прошлого года. Мы готовились к выборам, но они не состоялись. Сейчас я исполняю обязанности. - Информация о том, что вы не прошли аттестацию, появилась в октябре. Правда, сейчас на интернет-ресурсе, который рассказал об этом, висит заглушка, из которой следует, что он заблокирован генпрокуратурой РФ. - Тут надо пояснить, какая ситуация сейчас сложилась в высшей школе страны и какую политику проводит министерство образования РФ в лице Ольги Васильевой. Идет реформа РАН - там меняют управленческий состав. Идет смена губернаторского корпуса. Более чем уверен, что есть поручение президента [Владимира Путина] провести подобные мероприятия и по обновлению ректорского корпуса, который у нас в стране довольно консервативен. - Вы сами с 2007 года руководите юридическим университетом. - Таких ректоров-рецидивистов, как я (смеется) Шутка! Таких ректоров-старожилов, как я, все меньше остается. Министерство сейчас проводит жестко кадровую политику, предметно спрашивая с руководителей высшей школы. По моим подсчетам, порядка трети ректоров России сейчас находятся в подвешенном состоянии. Многие так же, как я, не проходят аттестацию. Они работают в статусе исполняющих обязанности и проводят работу над ошибками - Как проходила ваша аттестация? - Это было 3 октября в зале заседаний министерства. В аттестационной комиссии более 20 коллег: представители общественности, РАН, вузовские работники, профсоюзы, депутаты Госдумы. Комиссия на самом деле серьезная и квалифицированная. В тот день ее работой лично руководила Ольга Юрьевна [Васильева]. Нас было 13 ректоров вузов, кто прибыл на переаттестацию. Примерно половина ее не прошла. - Вам задавали вопросы, на которые вы не смогли ответить? - Да. Задавали вопросы о кадровой ситуации, размере зарплат у преподавателей, тематике защищаемых диссертаций. У части ректоров Ольга Юрьевна, кстати, спрашивала, по какой теме они сами защищались. Такое ощущение, что у нее были основания сомневаться, сам ли человек делал эту работу. - Вас конкретно о чем спрашивали? - О заработной плате сотрудников. - Сколько у вас сейчас получают сотрудники? - Мы одни из лидеров и полностью выполняем дорожную карту по увеличению заработной платы вузовских работников. Например, директор института (в прежней системе декан - прим. Znak.com) получает более 100 тыс. рублей. - Что еще спрашивали? - Какой проходной балл у нас, где работают наши выпускники. - Но у юракадемии с этим всегда был порядок - конкурс на место каждый год гигантский, выпускники понятно в какие структуры идут. - У министра была справка, которую ей готовили помощники, но в некоторых местах по нам была не вполне корректная информация. Например, в справке у министра было написано, что проходной балл в УрГЮУ - 74. И меня спрашивают: почему так мало? Но это же без учета профильных наборов. У нас есть целевой набор прокуратуры, порядка 180 мест, и они сами определяют проходной балл. Где чисто вузовский конкурс, средний проходной балл у нас был от 85 и выше. Спрашивали, почему много денег из государственных субсидий тратим на оплату управленческого персонала - Много - это сколько? - Мне было сказано, что мы тратим 18%, а среднее по отрасли - 7-10%. - Сколько у вас управленцев? - Министерство считает, что управленческий и обслуживающий персонал относительно преподавательского должен составлять 30% на 70% в пользу преподавательского. У нас пока 58% на 42% в пользу управленцев. Условно, лишних управленцев в вузе сейчас порядка 150 человек. Соответственно, фонд оплаты труда также перекошен не в пользу преподавательского состава. Еще одна задача - переводить на аутсорсинг системы питания, клининговые службы, автотранспортное обслуживание, охрану. То, что не является профильной деятельностью для вузов. Будем этим также заниматься. Но надо понимать, что такие реформы непопулярны. Они касаются живых людей. Самый серьезный вопрос - качество образования в вузе - Вы сказали, что вам поставили задачу провести работу над ошибками. В чем она будет заключаться? - После того, как меня не аттестовали, я обратился к министру с просьбой о повторной аттестации. Знаю, что и генеральный прокурор [Юрий Чайка] разговаривал по моему поводу. Повторной аттестации не состоялось. Вместо этого на 9 октября было назначено совещание с руководством министерства. Мне дали возможность подробнее ответить на возникшие вопросы. В тот день разговор шел уже по делу, с конкретными цифрами и документами. Тогда мне и обозначили недостатки, которые необходимо исправить. Самый серьезный вопрос - качество образования в вузе. - Вы же кузница кадров уральской юридической школы! - Наш вуз и сейчас лидер во всех возможных рейтингах. Но проблема действительно есть. Пока она в глубине и не видна с поверхности. Речь идет о том, что наш преподавательский корпус стареет. Средний возраст наших сотрудников - за 60 лет. Из 503 преподавателей только треть - молодые люди в возрасте до 40 лет. Понятно, что пожилые преподаватели - это опыт и авторитет. Но заставьте сейчас профессора возрастом за 60 лет изучать компьютер. Профессура привыкла работать с книгой и бумагой, а молодежь с компьютерами на ты . Мы отстаем в информатизации образовательного процесса - В вузе нет доступа к интернету? - Современное образование просто обязано быть построено на цифровых технологиях. Поставлена же, в конце концов, главой государства задача по переходу на цифровую экономику. Должен быть электронный документооборот, должно быть электронное онлайн-образование, электронные онлайн-курсы переподготовки и повышения квалификации. Сейчас мы приняли соответствующую концепцию, запланировали под эти цели бюджет. Скоро появится современный сайт, личные кабинеты преподавателей и студентов. - Этот пункт понятен. Не понятно, как вы собираетесь омолаживать преподавательский состав. - Мы забыли успешную советскую практику наставничества. Раньше молодым преподавателям помогали освоиться в образовательном процессе. Более опытные преподаватели не стеснялись приходить к ним на пары, смотрели, как человек читает лекцию, что читает. После этого проходило обсуждение на кафедрах, давались методические рекомендации. Сейчас молодежь варится в своем соку. Мы обсуждали недавно на ученом совете. Решили, что надо эту систему возрождать. Посмотрели попутно учебные планы. Вычленили, что идут повторы и дублирования. Есть много того, что не нужно студентам, и, наоборот, есть то, что им надо, но этого нет в учебных планах. - Чего нет? - Того, что требует от нас сейчас заказчик, будущий работодатель наших студентов. Например, у нас появилась новая специальность. С этого года мы будем набирать студентов для системы прокуратуры - В чем новизна? В вузе же есть институт прокуратуры? - Институт есть, но он готовит сейчас бакалавров и магистров. Самой прокуратуре нужны специалисты. - Классический советский специалитет с пятилетней подготовкой? - Да. Смотрю учебные планы по специальности и понимаю, что в генеральной прокуратуре уже принята программа развития цифровой прокуратуры , а в нашем учебном плане ничего похожего пока нет. Это при том, что мы должны идти на опережение, студенты должны как минимум знать, о чем идет речь. Как так? Дальше. Есть курс Этика юриста , хотя должен быть, по идее, курс Этика прокурора . Есть курс Судебные речи вместо курса Речь прокурора . Эти корректировки мы будем вводить, надо приводить наш курс в соответствие с задачами, которые ставятся практиками. - Вчера, насколько я знаю, обсуждалось переустройство вуза. О чем идет речь? - Уже заменены все три проректора. Дмитрий Грибанов сменил на посту проректора по учебной работе Марата Саликова. Людмила Берг сменила Николая Тарасова на посту проректора по научной работе. Из системы судебных приставов к нам пришел Алексей Викторович Шабурников. Он работал раньше у [начальника УФССП по Свердловской области Владимира] Осьмака заместителем, теперь у нас он проректор по административно-хозяйственной работе. - Какой смысл в смене проректоров? - Те, кого сменили, грубо говоря, отработали свое в этих должностях. Об этом мне прямо сказала министр, что проректоры не дорабатывают. - И куда вы дели тех, кто свое отработал ? - Они ушли на кафедры и работают преподавателями. Кроме того, мы сменили руководителей двух важнейших управлений. Управление информатизации трансформировано в управление электронного образования. Ранее его возглавляла Сажина Татьяна, теперь пришел Стариченко Евгений. Он юрист по образованию, одновременно грамотный информационщик-практик и занимается наукой. Три в одном. Учебно-методическое направление возглавил бывший директор института юстиции Максим Гончаров. Он сменил Сергея Уколова. Обновили также три кафедры. Кафедру социального права, государственной и муниципальной службы мы присоединили к кафедре трудового права. Фактически они работали по одному и тому же направлению. Кафедру правовой психологии и судебных экспертиз мы включили в состав кафедры криминалистики. Кафедра экономических теорий стала частью кафедры предпринимательского права. Такова наша первая реакция на обозначенную министерством проблему излишнего количества управленцев. - Главный вопрос в том, поможет ли это УрГЮУ сохранить за собой статус кузницы кадров уральской юридической школы? - Вчера на совещании попечительского совета также об этом говорили. Было отмечено, что вуз продолжает оставаться флагманом юридического образования в России. Претензии ко мне как к ректору не распространяются на весь вуз. Мы как вуз стабильны. Стабильны с кадровой точки зрения, стабильны, в том числе, финансово. Правда, эта стабильность имеет обратную сторону. Стабильность может быстро трансформироваться в застой. Ведь понятно, что грань между стабильностью и застоем очень слабая. Чуть приостановился - уже отстал. Остановился совсем - пропал. Мы пользуемся авторитетом, но надо идти дальше. В цифровое образование, работать на омоложение преподавательского состава. Докторов у нас 14%, но в основном это старые преподаватели. Нужна молодежь - Да, вы говорили уже, но, может, молодые люди просто не видят перспектив для себя в науке и преподавании? - Надо просто требовать с них еженедельно. Написал статью? Что сделал по кандидатской или докторской? Нас ректор собирал в свое время и спрашивал: Бублик, Гунгало, что сделали? - Тогда молодой ученый понимал, что сейчас получает 120 рублей в месяц, а после защиты будет получать сразу 240. - Поэтому мы сейчас переходим на эффективный контракт. Полгода мы уже ломаем копья из-за критериев эффективности. Кто-то говорит, что надо платить за науку. Кто-то считает, что за воспитание студентов. Кто-то требует доплачивать за науку. Надо сейчас это все увязать грамотно. В этом году мы пошли на эксперимент - будем делать выплаты за публикации в ведущих журналах, имеющих цитирование в Scopus и Web of Science. - Какие это будут суммы? - От 15 до 20 тыс. рублей за публикацию. Уже есть пример. Наш сотрудник написал за год пять таких статей, мы ему выплатим 103 тыс. рублей. Публикуйся, готовь аспирантов и докторантов, участвуй в научных мероприятиях и зарабатывай. - Рублем будете стимулировать. - В том числе. Уравниловка кончилась. Восстанавливается советская система, когда ректоров назначает Москва - Одно дело, когда за преподавательскую кафедру встает выпускник вуза, другое дело, когда преподавать идет человек с практическим опытом - прокурор, следователь, адвокат. Может быть, пора звать [замгенпрокурора РФ Юрия] Пономарева или [главу свердловского управления СКР Валерия] Задорина? - Сегодня мне позвонил [прокурор Свердловской области] Сергей Охлопков. Он, кстати, недавно у нас на ученом совете выступал и в курсе всей нашей ситуации. У него из прокуратуры по выслуге лет уходит сильный начальник одного из отделов. Мы обсуждали возможность перехода его к нам. Кафедру прокурорской деятельности, кстати, у нас возглавляет бывший Верх-Исетский прокурор [Евгений] Ергашев, он докторскую защитил. У нас работает Вадим Бозров, бывший председатель Военного трибунала. Практиков у нас работает много, это одна из наших традиций. С лекциями периодически выступают Юрий Чайка, [советник президента РФ, член-корреспондент РАН] Вениамин Яковлев. Павел Крашенинников уже полтора года работает у нас профессором. Члены ученого совета [судья Конституционного суда РФ] Красавчикова Лариса, [председатель Федерального арбитражного суда Уральского округа], профессор Ирина Решетникова. У нас работает [зампред свердловской областной экономической коллегии адвокатов] Андрей Винницкий - специалист мирового уровня. - Наталья Поклонская будет у вас преподавать? Она вроде бы собиралась у вас писать кандидатскую диссертацию по проблеме законодательства Крыма в переходный период после присоединения к России. - Вы в статусе исполняющего обязанности долго будете оставаться? - Срок не определен. В приказе написано, что до утверждения в должности ректора. Думаю, что такое положение сохранится как минимум до выборов президента и, не исключено, что до момента формирования нового кабинета министров. Например, в Уральском лесотехническом университете ректор [Андрей Мехренцев] находится в подвешенном состоянии уже около года. - Допустим, вы снова назначены ректором, куда должен прийти УрГЮУ через 5 лет? - Давайте не будем называть сроков. Надо, чтобы наш вуз стал участником европейского образовательного пространства. Наши выпускники не востребованы там. Они, конечно, успешно переучиваются и осваиваются, но в наших силах это изменить. Объяснение простое - мир становится глобальным, а мы пока готовим юристов национального права. Недавно [директор института юстиции Максим] Гончаров посетил Казахстан. Его вывод - эта страна все больше интегрируется в европейское пространство. Это видно и по их законодательству. Раньше это была калька с советских кодексов. Теперь законодательство Казахстана имеет все больше черт, схожих с законодательством Европы и США. В Армении идут аналогичные процессы. Мы в этом плане постепенно теряем свое влияние. Молодежь из СНГ едет уже больше за образованием в Европу, а не к нам. А я хочу напомнить, что именно это и называется мягкой силой - инкорпорированием в культуру, где человек прошел обучение.
