Историк из Франции Мишель Гойя в своей заметке объяснил, за счет чего, по его мнению, России удалось добиться успеха в сирийской компании. Он назвал действия России успешными. «Кампания позволила достичь главной политической цели - спасти сирийский режим, который в то время находился в весьма затруднительном положении, и даже способствовать его возможной победе», - написал он в Le Monde (перевод приводит RT).
По словам автора, Россия сначала сдержала повстанцев, потом помогла правительственным силам взять Алеппо, установить контроль над крупным участком стратегической трассы М5 и, наконец, взять Дейр-эз-Зор.
При этом ресурсы были использованы весьма ограниченные, отмечает Гойя. Он говорит, что расходы России (3 млн в день) представляют лишь одну четвертую или пятую от затраченного США. Автор делает вывод, что оперативный потенциал России (соотношение затраченных средств и их стратегический эффект), вне всякого сомнения, значительно выше американского.
Отношения между Россией и США в сирийском конфликте он называет стратегией «неосторожного пешехода», который, переходя дорогу в неположенном месте, вынуждает водителя остановить машину. Там, куда приходили пророссийские силы, американские не вторгались, и наоборот.
Основной российских действий в Сирии Гойя называет «комбинированные операции», целью которых было занятие ключевых точек, размежевание сил врага и принуждение к добровольному отступлению договороспособных группировок боевиков.
Операции 2016-го и особенно 2017 года говорят о том, что Россия развила прекрасные навыки в проведении комбинированных операций. От беспорядочных действий войны с Грузией 2008 года не осталось и следа, пишет Гойя.
Говоря о показанном в действии российском оружии, историк отмечает прицельно-навигационный комплекс СВП-24, который использует спутниковую навигацию для прицельного нанесения ударов неуправляемыми боеприпасами.
Напомним, в начале сентября армия Сирии при поддержке российских сил (и, по данным прессы, фактически под руководством российских военных советников) громит террористов ИГ в восточной провинции Дейр-эз-Зор.
