Читал написанную «американцем для американцев» «Историю Америки» (учебник «для массового пользования»). То, как по-разному конструируется история в школьных учебниках в разных странах – тема в чем-то более увлекательная, чем сама история. Читал написанную «американцем для американцев» «Историю Америки» (учебник «для массового пользования»).
То, как по-разному конструируется история в школьных учебниках в разных странах – тема, быть может, в чем-то более увлекательная, чем сама история. Один француз даже сделал из этого комплексное исследование.
Изучение иностранных учебников по истории, мне кажется, вообще должно быть отдельной дисциплиной (или спецкурсом) в историческом образовании.
Помню еще в студенчестве меня поразило, что в английском учебнике по истории Европы было написано, что Россия становится страной, оказывающей влияние на европейскую политику и вообще «замечаемой в Европе» при Екатерине II.
Наш Петр I, про которого у нас вроде бы каждый школьник знает, что он «прорубил окно в Европу», упоминался в двух строчках. Почти как в известном фильме «Стакан воды» (когда британской королеве-Белохвостиковой зачитывали международные новости): «Русский царь Петр окружен шведами под какой-то Полтавой».
Отдельная тема, как «делаются» в американском учебнике «индейские войны», «дикий Запад», «великая депрессия», «холодная война» и т.п. Требует отдельной «разборки» в сравнении с «нашими» образами этих сюжетов.
По-настоящему поразили два момента.
1. В принципе дело известное.
Во всякой приличной сверхдержаве дела внутренние заботят население больше дел внешнеполитических. Про американцев в этом смысле слагают легенды.
И то, что в СССР все так живо интересовались «международным положением», скорее указывало на незавершенность СССР в качестве сверхдержавы, или на близкий конец СССР в оном качестве.
Так вот, в американском учебнике в главе про 1990-е судебным процессам по делу Родни Кинга (негр, арестованный белыми копами за превышение скорости и получивший 56 ударов дубинкой и шесть пинков), по делу Джея Симпсона (негр, убивший белую жену с ее белым другом) и делу Клинтона-Левински уделено в восемь раз больше внимания/текста, нежели Косовскому кризису и удару НАТО по Югославии.
Причем последнее подано как простое перечисление фактов, а судебные процессы даны с анализом и оценочностью, а также рассуждениями по поводу их значения для исторических судеб американского общества и американской политической системы.
Для «нации юристов» и история нации это, прежде всего, история юриспруденции. Адвокадавр Генри Резник, наверное, даванулся бы от зависти.
2. А вот тут мне не совсем понятно.
История II мировой войны. Оно ясно, что главный театр военных действий, судя по этому учебнику, был тихоокеанским.
Удивляет даже не то, что в американском учебнике именно Сталинград, а не высадка союзников в Италии или во Франции, назван поворотной точкой событий на европейском театре военных действий (у нас, видать, тоже чересчур демонизируют западную близорукость в оценке II мировой войны).
Забавно другое. В России только ленивый либерал не громил наши интерпретации Великой отечественной войны за недооценку роли поставок по ленд-лизу в победе. В принципе, знаменитые северные конвои это то, чем Англия и США могут смело гордиться. Так вот про них не сказано вообще ничего. Упоминается только принятие закона о ленд-лизе.
И все. Вообще никакой оценки помощи Советскому Союзу. Это действительно удивительно.
