В Невьянске сегодня, 10 февраля, полиция задержала бывшего детдомовца 30-летнего Аркадия Коваленко, который в знак протеста против выселения на улицу его семьи с полуторагодовалым ребенком разбил палатку напротив мэрии
В Невьянске сегодня, 10 февраля, полиция задержала бывшего детдомовца 30-летнего Аркадия Коваленко, который в знак протеста против выселения на улицу его семьи с полуторагодовалым ребенком разбил палатку напротив мэрии. Сейчас семья Коваленко - единственные оставшиеся жильцы аварийного барака, который по решению властей должен быть снесен. Остальные жильцы получили ключи от новых квартир в рамках программы переселения. По мнению мэрии, Коваленко должен был переехать в новый дом вместе со своей матерью, которая была лишена родительских прав более 10 лет назад. Теперь она не пускает их в новую квартиру, прямо заявляя, что сын ей не нужен. Мы решили поставить палатку, чтобы привлечь внимание к нашей проблеме , - сказал Znak.com сегодня по телефону Аркадий Коваленко. Больше говорить он не смог, так как находится сейчас в отделении полиции. Пару дней назад мы встретились с Аркадием на пороге разрушающегося на глазах деревянного барака на улице Вити Бурцева, 4 в Невьянске. Молодой улыбчивый мужчина в телогрейке и валенках до колена помог мне подняться по косым рассохшимся ступеням на второй этаж в квартиру №8. За еле живой дверью, обтянутой лохмотьями - заваленный рухлядью коридор, слева - две пустующие комнаты, справа - что-то напоминающее кухню и крошечная комната. В доме чуть теплее, чем на улице, а потому в тазу, где жена Аркадия - Татьяна моет посуду, вода покрылась коркой льда. Площадь комнаты, где живет Аркадий, Татьяна и их полуторагодовалый сын Андрей - всего 14,5 квадратных метра. Большую часть пространства занимает разрушающаяся печь - единственный источник тепла в комнате. В ней минимум мебели: справа у стены советская скрипучая полуторка , рядом - детская кроватка, устеленная пятью одеялами, пара невысоких шкафов и два кресла. Аркадий подбрасывает в топку старые дощечки, отчего широкие трещины на печи разгораются алым цветом, и рассказывает, как в таких нечеловеческих условиях в 21 веке очутился он сам и его малыш. До 12 лет мы вместе с матерью постоянно переезжали от одного ее любовника к другому, сколько их было, мне не посчитать - больше десяти, точно. Мать постоянно пила и то и дело не пускала меня домой. Я скитался все свое детство, ел, где придется, спал, где попало , - рассказывает Аркадий. Прошло уже много лет, а ему стыдно вспоминать, как он был вынужден воровать еду, и до сих пор обидно, что лютой зимой в начальную школу он был вынужден ходить в легкой ветровке и резиновых сапогах. Мать ничего мне не покупала, соседи что-то отдавали всегда. Помню, как мне в школе учителя все вместе купили теплое пальто в клеточку. До сих пор его помню , - продолжает Аркадий, внимательно следя за трещащей печкой. В 1996 году Аркадия отправили в невьянский детский дом Белоснежка . А его мать Любовь Коваленко по решению городского суда лишили родительский прав, так как женщина воспитанием сына не занимается, часто меняет знакомых, злоупотребляет спиртными напитками . У Любови Коваленко есть еще двое детей: Ольга и Алексей, которые тоже воспитывались в интернатах. За юным Аркадием, отправленным в детский дом, государство закрепило недвижимость - квартиру №8 на улице Вити Бурцева, 4. Эту квартиру Любовь Коваленко получила как сотрудница Невьянского механического завода по договору социального найма еще в 80-е годы прошлого века. Женщина заключала этот договор дважды. Первый раз завод предоставлял женщине две комнаты - 9,6 и 15,4 квадратных метров. Данные о получении 25 жилых квадратных метров были зафиксированы в поквартирной карточке. С появлением у Коваленко третьего ребенка Аркадия, женщина получила еще одну комнату (14,5 кв. метра), то есть всю квартиру целиком. Вот только данные об этом не были отражены в поквартирной карточке. Ведь договор социального найма Любовь Коваленко потеряла. Когда Аркадий покинул детский дом, он отправился в Режевское сельскохозяйственное училище. Там Коваленко получил непривычную для современного человека профессию хозяин усадьбы . В нее включались сразу три специальности: повар, овощевод, парикмахер , - вспоминает Аркадий. После училища его призвали в армию, где под Пермью он отслужил три года. На момент дембеля Аркадию Коваленко исполнилось 23 года, и он решил вернуться в родной Невьянск. Молодой человек надеялся, что ему как выпускнику детского дома положена квартира. Однако в администрации Невьянска в 2007 году ему пояснили, что за Коваленко была закреплена недвижимость, где живет его пьющая мать, а потому отдельная квартира ему не полагается. Однако в пункте 4 статьи 8 федерального закона О дополнительных гарантиях по соцподдержке детей-сирот сказано, что проживание детей-сирот в ранее занимаемых жилых помещениях невозможно, если там проживают лица, лишенные родительских прав в отношении этих детей-сирот. Аркадий Коваленко тонкостей российского законодательства не знал, а чиновники подсказать ему то ли не решились, то ли не захотели, то ли сами таких тонкостей не знали. Молодой человек безропотно поехал в барак, износ которого еще в начале нулевых составлял 74%. Получить прописку в квартире Аркадий мог только с позволения своей матери, так как именно она являлась нанимателем социального жилья. Мать пила, не просыхая. Мне пришлось своей рукой от ее лица написать заявление, мол, мать не против меня прописать , - продолжает Аркадий. В июне 2011 года администрация Невьянского городского округа постановила, что двухэтажный дом на улице Вити Бурцева, 4 подлежит сносу, а расселение жильцов в новый дом будет осуществляться в 2014 году. В феврале 2012 года Любовь Коваленко восстановила свой договор социального найма на трехкомнатную квартиру. А Аркадий Коваленко в марте 2012 года обратился в суд, чтобы заключить отдельный договор социального найма на свою комнату 14,5 квадратных метров, чтобы впоследствии он и мать получили разные квартиры в новом доме. Ведь его право на получение отдельной квартиры после выхода из детского дома не было реализовано. 4 апреля 2012 года Невьянский городской суд удовлетворил эти требования. В июле 2012 года Свердловский областной суд постановил, что договор социального найма может быть заключен на Любовь и Аркадия Коваленко один на двоих. При чем речь идет лишь о 25 квадратных метрах квартиры. Суд опирался на данные поквартирной карточки, в которой не был отражен второй договор социального найма Любови Коваленко. Решение регионального суда Аркадий считал несправедливым. Он обращался к уполномоченному по правам человека в Свердловской области Татьяне Мерзляковой. В своем ответе омбудсмен лишь посоветовала обжаловать решение суда в кассационной инстанции, иной помощи Аркадию она не предложила. Личный прием завершился тем же. Три письма к президенту России Владимиру Путину также не принесли никаких результатов. Все ответы были одинаковыми, где президент поручал разобраться в проблеме нижестоящим органам власти. С двухгодичным опозданием в 2016 году мэрия Невьянска стала расселять жильцов. Ключи в том числе получила и Любовь Коваленко, прописавшаяся в новой двухкомнатной квартире на улице Дзержинского 63/1. А вот Аркадий Коваленко попасть в новое жилье не может. Ключей у меня нет, мать и на порог не пускает. Прописаться в новом жилье я могу опять только с ее разрешения, ведь наниматель - мать. Но в паспортный стол она идти отказывается , - рассказывает Аркадий. В комитете по управлению муниципальным имуществом администрации Невьянского городского округа Znak.com пояснили: Есть решение областного суда, которое не оспаривалось. На основании этого решения мы предоставили семье Коваленко одно жилое помещение площадью 37 квадратных метров. Сейчас у них нуждаемости нет . Председатель комитета Любовь Середкина заметила, что, если Коваленко были не согласны с выделяемым метражом в новой квартире, они могли обратиться в суд, чего сделано не было. О том, что Аркадию Коваленко после его выхода из детского дома не предоставили изначально отдельную квартиру, в мэрии пояснили: Гражданин должен был поставить себя на учет. Он мог решить свои проблемы - пойти в суд. Аркадий сам ничего не хотел делать. Он взрослый человек . Даже если Любовь Коваленко не хочет добровольно прописывать сына, Аркадий может пойти в суд, затем приватизировать свою часть и распорядиться по своему усмотрению , - добавила Середкина. С Любовью Коваленко мы встретились в ее новой квартире, которая буквально пропитана запахом перегара. На кухонном столе у нее разложены бумаги. Женщина принимается в них искать какой-то договор, но уже через минуту забывает, что она искала. Я не пью! Что вы! Ну, разве что по праздникам. У меня такая пенсия маленькая. Нет, ну, а кто не пьет? - Коваленко быстро переходит на крик, как только речь заходит об алкоголе и сыне Аркадии. Женщина утверждает, что сын Аркадий не удался . По ее словам, он воровал и плохо учился. О том, что все ее дети выросли в интернатах, Коваленко говорит так: Места не было, что поделать. Знаете, я ведь еще двоих приемных вырастила, на ноги подняла! Пускать сына, его жену и внука женщина не намерена: Мне на заводе дали сначала две комнаты, потом еще одну. Аркаша мне тут не нужен! Пусть ему дают отдельную квартиру . Дальше разговор уже не задался. Тем временем к Аркадию и Татьяне Коваленко уже приходили сотрудники полиции из подразделения по делам несовершеннолетних, предупредив, что сына у них могут забрать из-за неблагополучных условий для жизни.
