В этой знаменитой постановке блистали Рудольф Нуриев и Михаил Барышников; Иван Васильев - новый источник вдохновения балетмейстера Ролана Пети, а декорации и костюмы остались такими же, как было придумано в 1946 году Жаном Кокто и Жоржем Вакевичем
В Большом театре удивят премьерой. Знаменитый на весь мир балет "Юноша и Смерть", в котором блистали Рудольф Нуриев и Михаил Барышников, впервые поставлен на сцене главного театра нашей страны. Сам автор - Ролан Пети - специально приезжал в Москву, чтобы работать с российскими исполнителями. И маэстро уже убежден - он откроет миру новую звезду. С подробностями - Наталья Ермак.
Иван Васильев - это имя нового источника вдохновения балетмейстера Ролана Пети. Он произносит его с придыханием...
- Иван Васильев - экстраординарный, выдающийся артист. Это будущая большая-большая звезда балета. Прошу любить.
- Здравствуйте!
Ролан Пети - подумать только, этот человек может вспомнить о том, как в солнечный весенний день 1946 года открыл ему дверь сам Жан Кокто, только что из душа, закутанный в банное полотенце. И по просьбе 22-летнего начинающего балетмейстера мгновенно придумал историю, станцевал ее руками, пальцами. Он любит ее. Она манит его, но уходит. Он - вешается. Так просто. Так наивно. Парижская мансарда. Бедный художник. И в голове балетмейстера эта история зазвучала в ритме джаза. Под джаз и репетировали. И джаз должен был звучать на премьере.
А потом, когда балет уже был поставлен, вмешался Жан Кокто и настоял, чтобы в спектакле звучала "Пассакалья" Баха. Так и осталось. Жан Кокто потом писал, что его интересовала идея случайной синхронизации, подсмотренная в кино, неожиданные сложения музыки и изображения. А самое интересное, что артисты репетируют и вовсе в тишине.
Иван Васильев, исполнитель главной партии в балете "Юноша и смерть":
- Дело в том, что этот балет репетируется без музыки. Поэтому он такой, очень драматический, как драматический спектакль. Как маленькая жизнь. И потом накладывается музыка.
Артисты вообще не должны слушать музыку, подчиняться ей. В этом балете музыка - где-то за кадром, не внутри истории.
Декорации, костюмы - все, как было придумано в 1946 году Жаном Кокто и замечательным художником, русским по происхождению, Жоржем Вакевичем. Причем денег тогда на декорацию не было, и Вакевич использовал задник, который был сделан для фильма "Мартэн Руманьяк" - с Жаном Габеном и Марлен Дитрих. И в финальной сцене балета, когда за юношей приходит Смерть, происходит некий фокус, и герой парит над Парижем, таким, каким он был после войны. С неоновой рекламой французской автомобильной марки. Трогательно. На стыке жанров. Молодо. Смело. Это стоит увидеть.
Наталья Ермак, Василий Шульга, "ТВ Центр".
