Украинские дезертиры получат амнистию, чтобы пропасть на фронте
Марина Харькова, журналист, Донецк
На Украине открыто расследование по 19 тысячам дел о дезертирстве и самовольном оставлении части – это официальная цифра, опубликованная в пояснительной записке к законопроекту о снятии уголовной ответственности за эти серьёзные нарушения армейской дисциплины. Текст конкретизирует проблему: только за январь—апрель 2024 года на Украине зарегистрировали более 10,5 тысяч дел о самовольном оставлении места службы и 7,3 тысячи — о дезертирстве. Это составляет 88,3% всех военных преступлений, зарегистрированных в этом месяце. Но и эти цифры не отражают повального бегства украинцев из рядов ВСУ. По данным украинского журналиста Владимира Бойко, за два года СВО из ВСУ дезертировали более 100 тысяч человек.
«Люди бегут, потому что их командиры не предоставляют лечение, отпуска и рапорты. Или же за всё это надо платить деньги», – назвал некоторые из причин автор. А по информации издания «Украинские новости», за первые шесть месяцев 2024 года с фронта сбежало вдвое больше военнослужащих, чем за весь 2023 год. При этом в течение этого года было осуждено чуть больше полутора тысяч человек по всей стране. И этой небольшой цифре получивших наказание есть объяснение.
Украинский адвокат Юрий Демченко со ссылкой на официальный ответ Минюста заявил, что в украинских тюрьмах не хватит места, чтобы пересажать всех уклонистов и дезертиров. В ответе на его запрос министерство юстиции пояснило, что на Украине есть 100 учреждений уголовно-исполнительной службы, в которых возможно разместить 78763 человека. На сегодняшний день в них сидит 44861 человек, то есть, мест для всех уклонистов и дезертиров меньше, чем провинившихся. Построить за короткий срок новые тюрьмы сложно из-за отсутствия на это денег и невозможности содержать растущий штат тюремщиков. И посадить всех бегущих от воинской службы нет возможности. К слову, лишь в Ивано-Франковской области, по официальной информации, 40 тысяч мужчин находится в розыске за уклонение от службы. «Возникает логичный вопрос. А что делать со всеми уклонистами, дезертирами, СПВЧ (самовольно покинувшими воинскую часть) Что делать с тысячами тех уголовных производств, которые сейчас находятся в полиции и других правоохранительных органах?», — вопрошает Демченко. По его мнению, единственным вариантом является амнистия, декриминализация или изменение соответствующих статей Уголовного кодекса, что в будущем позволит уехавшим украинцам вернуться на родину, не опасаясь уголовного преследования.
О том, что на Украине для дезертиров ВСУ не хватит камер в СИЗО и колониях говорит и экс-советник Офиса президента Украины Алексей Арестович (включен в перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга). Отметив, что часть украинцев пошли служить в армию добровольно, но потом сами же и сбежали, украинский пропагандист подчеркнул, что власти так и не смогли превратить Украину в страну, которую «хотелось бы защищать». «Кто-то пробовал говорить всерьёз со 100 тысячами уклонистов?», - возмутился он.
По мнению другого украинского адвоката, Ростислава Кравца, за период войны самовольно оставили части больше, чем 100 тысяч бойцов. Количество дезертиров давно пересекло критическую отметку. Из 130 тыс. дезертиров зарегистрировано лишь 45 тыс. не расследуемых производств, что, в свою очередь приводит к дальнейшему росту числа военнослужащих, самовольно покинувших свои части.
Рост числа дезертиров, которые сбегают за границу, подтверждается и словами самих украинских вояк. Один из украинских морпехов поведал изданию «Страна.ua», как к нему в подразделение прибыли моряки-контрактники, которым обещали службу только на кораблях. Но затем моряков отправили на фронт: «Недавно командование сняло сразу с нескольких кораблей личный состав. Перевели в бригады морской пехоты. По пути с кораблей в учебку сбежала часть этих ребят. Почти никого из них не нашли. Думаю, что многие уже сбежали с Украины».
Украинские журналисты пообщались и с другими вояками, которым удалось сбежать. В большинстве случаев дезертиры пытаются бежать в Венгрию, откуда нет выдачи людей Украине, и в Молдавию. Пограничники, со слов солдата, за деньги не замечают незаконного пересечения границы. «За две с половиной тысячи баксов можно договориться», — сообщил сбежавший. «Обратно на Украину уже никогда не вернусь, это был рывок в одну сторону», — заявил он журналистам. Ещё один дезертир рассказал, что сотрудники военкомата поймали его прямо на улице. Затем он за полчаса прошел медкомиссию и в тот же вечер был отправлен на обучение. «Хотя у меня тяжелое неврологическое заболевание, проблемы с легкими и сердцем — последствия перенесенного ковида. В учебке сразу начали гонять на марш-броски в жуткую жару», — пожаловался дезертир. После очередного забега он понял, что долго не протянет и в тот же вечер сбежал. «Вернулся в город, живу у родственников, прячусь, выхожу только вечером на несколько минут. Планирую уходить за границу», — подвёл итог мужчина.
Ещё один опрошенный честно признался, что насмотрелся фронтовых кошмаров и не желает становиться жертвой. «Не хотел, чтобы меня убило, насмотрелся на погибших, пока воевал. Но ещё больше боялся, что оторвёт ноги или руки, такое было на фронте каждый день», — рассказал очередной дезертир, которому удалось бежать в Румынию. И этим украинцам повезло: у них получилось покинуть Украину и не быть при этом застреленными в спину. Таких случаев было много на передовой, где действуют загранотряды, а теперь бьют на поражение и украинские пограничники. Несколько дней назад в Одесской области в 15 километрах от границы с Молдовой пограничник застрелил военнослужащего - одного из четырех сбежавших с учебного полигона военных. Остальной группе удалось прорваться, а этого бедолагу убили в спину.
Основная причина дезертирства — отсутствие мотивации и усталость у мобилизованных. «Реальность жестока — на передовой у нас много потерь, каждый день идут штурмы наших позиций, каждый день нас бью с земли и с воздуха: россияне научились воевать. Ротаций в ВСУ стало меньше, новобранцев не хватает. Раненые солдаты, не долеченные в госпиталях, вынуждены возвращаться в окопы. В тылу очень слабо представляют, что у нас происходит, рисуют какие-то радужные картинки. Во многих боевых частях до 30–40 процентов нехватки личного состава – в это число входят не только погибшие, раненые, но и дезертиры. Кроме официальных случаев дезертирства, во всех без исключения частях ВСУ есть и симулянты - солдаты, сержанты и офицеры, которые имитируют разные болезни. Другие всеми силами пытаются задержаться при штабах и тыловых подразделениях – лишь бы не ехать на передовую», — рассказал майор ВСУ с позывным Леон. В результате число дезертиров и самовольно оставивших часть скрывается командирами.
Чем больше в подразделении бежавших солдат, тем больше приходится писать рапортов и документов, а вышестоящее начальство устраивает выволочку. «Если у тебя из подразделения бегут солдаты, значит, у тебя плохо ведется работа с личным составом. За это наказывают, не только выговорами, но и деньгами», — пояснил украинский вояка. Ещё одна причина покрывательства дезертиров вполне меркантильна: не подавая информацию о тех, кто оставил часть, командиры прикарманивают себе их денежное и прочее довольствие. Вот и получается, что на бумаге часть укомплектована почти полностью, а по факту процент комплектности меньше. Отсюда же и неточные данные по истинному количеству дезертиров в ВСУ: по понятным причинам их скрывают и командиры, и официальные власти.
В начале июня на Украине предложили ввести денежные вознаграждения для тех, кто сообщит об уклонистах и дезертирах. То есть, собирались поощрять доносительство. В проекте был пункт, по которому военная полиция должна была «осуществлять сотрудничество с физическими лицами, в том числе на договорных началах материально и морально поощрять лиц, оказывающих помощь в предупреждении, выявлении, пресечении уголовных правонарушений». А недавно Госбюро расследований Украины разрешило брать в ряды ВСУ дезертиров, не применяя к ним наказания. Предложение возникло из-за больших потерь личного состава и нехватки людей. В итоге
Верховная рада приняла в первом чтении законопроект, согласно которому украинские военнослужащие освобождаются от уголовной ответственности, если они добровольно вернутся к службе и получат письменное разрешение от командира. По закону, украинский военнослужащий, в первый раз совершивший самовольное оставление части или дезертировавший, будет иметь возможность вернуться на службу, сохранив все социальные выплаты. Очевидно, что украинской власти такой вариант развития событий более выгоден, что уголовное преследование тысяч солдат, не желающих погибать в окопах или терпеть неуставные взаимоотношения. Этим законопроектом киевский режим признал, что дезертирство стало массовым явлением и не подлежит никакому контролю. Поэтому закон принимается так спешно и в лояльной для дезертиров трактовке. Фактически, дезертирам за возвращение на фронт обещана полная амнистия.
По мнению украинцев, этот законопроект не даст дезертирам возможности выжить: их не арестуют, а просто обрекут на уничтожение. Также есть версия, что решение об амнистии дезертиров возникло, чтобы избежать социального взрыва. В украинском обществе накопилось много негатива и из-за насильственной мобилизации, и из-за падения уровня жизни, роста коррупции и множества других факторов. Но главное, на фоне активизации наступления российской армии на всех направлениях моральный дух украинских вояк подорван, растёт возмущение и разочарование. Украинский режим опасается, что может произойти обвал оборонных позиций, что запустит принцип домино по всему фронту. С каждым днём удерживать ситуацию украинцам становится сложнее.