В музее-заповеднике «Царицыно» открылась выставка «Невская перспектива», посвященная петербургской (и ленинградской) школе авторского ювелирного искусства. О том, как ее смотреть, работы каких звезд можно здесь увидеть и что отличает произведения мастеров из Северной столицы, mos.ru рассказала Анна Терещенкова, куратор выставки, художник-ювелир, член Санкт-Петербургского союза художников.
Рождение авторского искусства
Авторское ювелирное искусство появилось в СССР довольно причудливым образом, ближе к 1960-м. Во всем мире в послевоенные годы развивалось направление, альтернативное ювелирной промышленности: появились дизайнеры, которые либо разрабатывали и изготавливали изделия сами, либо художники (как, скажем, Сальвадор Дали) создавали эскизы для ювелиров.
В Советском Союзе некоторое время на этот тренд не обращали внимания — работали только заводы, выпускавшие довольно неинтересные типовые предметы. Однако в определенный момент понадобилось производить нечто иное — например, на экспорт или для международных выставок. Обычные мастера не могли создавать интересные вещи самостоятельно — нужны были художники, которые их придумают. И такие художники были, но в рамках только промышленного производства они не могли полностью реализовать свои творческие возможности, а частная работа с драгоценными металлами в стране была запрещена.
Ситуацию удалось переломить выдающемуся художнику-ювелиру, основоположнице ленинградской школы Юте Паас-Александровой, которая изучала технологии обработки камня и металла в Государственном художественном институте ЭССР в Таллине. Там преподавали люди, учившиеся еще в Баухаусе в 1920-е, и это был целиком европейский дизайнерский подход. После завершения образования Юта Паас-Александрова в 1952 году по распределению приехала работать на завод «Русские самоцветы» в Ленинград — сначала старшим мастером, а через два года уже главным художником. Она задала очень высокую планку в ювелирном искусстве — на нее ориентировались, ее копировали, у нее учились.
![image](http://www.mos.ru/upload/newsfeed/articles/cd7f6cceb78830fb84f94a8a066d9bba/SOV_9060_kopiya.jpg)
В 1954 году Юта Иоханнесовна первой вступила в Союз художников СССР, чтобы участвовать в художественных выставках. Было непросто, потому что представители «традиционных» направлений вроде живописи и скульптуры считали ювелирное искусство ремеслом в первую очередь прикладным, а не декоративным. Но с этого момента произведения художников-ювелиров стали приобретать музеи, они получали госзаказы на ювелирные произведения для международных и всесоюзных выставок — из чисто функциональных украшения стали музейными предметами, которые изначально создавали для экспонирования. Часто это были крупные, эффектные, трудно носимые в обычной жизни, но очень красивые в витрине вещи.
1960–1980-е: этника, техника, ювелирная пластика
По словам Анны Терещенковой, выставка построена хронологически: витрины посвящены определенным десятилетиям и преобладавшим в тот момент тенденциям в ювелирном искусстве. Каждая сопровождается небольшим текстом о направлениях, которые были популярны и востребованы. А в центральных витринах можно рассмотреть работы главных звезд ленинградской школы — Юты Паас-Александровой, расцвет которой пришелся на 1970-е и 1980-е, Веры Поволоцкой, самого интересного и творческого художника-ювелира 1990-х, всемирно известного семейного дуэта Натальи и Геннадия Быковых, работы которых есть в Эрмитаже, а также Натальи и Татьяны Тарасовых, которые сегодня представляют Россию на международных конкурсах. На выставке собраны работы более 50 мастеров.
![image](http://www.mos.ru/upload/newsfeed/articles/01c0f32b42427ee3e20ee7e21bb442a9/SOV_9136_kopiya.jpg)
Если говорить о 1960-х, то их характеризует расцвет этники — тогда начали активно изучать древнерусское искусство. Исследователи поехали по деревням собирать коллекции икон, стали выходить книги о фольклоре, в музеях появились экспозиции народного творчества — и это дало буквально мгновенные плоды в авторском ювелирном искусстве. Туда сразу влилось русское наследие — художники начали, например, крутить филигрань, делать вещи a la russe с эмалями. В первых двух витринах можно рассмотреть изделия в этих традиционных техниках — филигрань, эмаль, зернь (она представляет собой напаивание на украшение маленьких шариков из золота или серебра).
![image](http://www.mos.ru/upload/newsfeed/articles/3238129db8731cbf94bbe6e64695a329/SOV_9019_kopiya.jpg)
В 1970-е стилистика изменилась — технический прогресс породил интерес к простым современным формам, появились более лаконичные вещи с меньшей деталировкой. Это было время экспериментов — художники знакомились с необычными материалами, среди которых был титан, один из самых популярных в ювелирном искусстве сегодня. На волне еще не угасшего интереса к древнерусскому искусству стали популярны гривны — украшения в виде обручей на шею, которые встречаются у разных народов. Все дело в их простоте: по сути, достаточно скрутить проволоку — и украшение готово. Но художники подошли к форме очень творчески и в 1970-е довели ее до совершенства — изготавливали изделия футуристичного дизайна, дополняли камнями, пробовали более сложные структуры.
![image](http://www.mos.ru/upload/newsfeed/articles/69d7fcfdd2157f8485b2609ca47345e5/SOV_9034_kopiya.jpg)
В 1980-е эстетика существенно меняется. Несмотря на то что за два прошедших десятилетия ювелиры набрались опыта и творческой смелости, «традиционные» художники продолжали считать их не более чем сателлитами, ремесленниками от искусства. В ответ на это возникло направление ювелирной пластики — художники-ювелиры решили доказать, что могут не только делать функциональные предметы, но и выражать себя творчески в разных материалах, масштабах и техниках. На протяжении нескольких лет ежегодно в галерее искусств «Голубая гостиная» Союза художников проходила выставка «Ювелирная пластика», куда художники-ювелиры могли принести свои работы (главное условие — только неносибельные вещи). Ювелиры выставляли мелкую пластику, кабинетную скульптуру, шкатулки и даже объемно-пространственные композиции, примеры которых можно увидеть на выставке.
![image](http://www.mos.ru/upload/newsfeed/articles/489dcbc32d6c050970ea6f4c80f7a770/SOV_9069_kopiya.jpg)
Художники обращались к все более необычным материалам и сложным техникам. Например, Владимир Долбин работал дизайнером в Государственном оптическом институте имени С.И. Вавилова, его задачей было показать возможности оптического стекла — и он стал делать из него ювелирные украшения. Геннадий и Наталья Быковы вдохновлялись более мягкими биоморфными формами, использовали эмаль, мех, кость, рог и конский волос. Валентина Соловьева работала в сложнейшей технике римской мозаики — все изображения собираются по принципу привычной мозаики, но из мельчайших, буквально миллиметровых кусочков разного камня.
![image](http://www.mos.ru/upload/newsfeed/articles/9c167ab51487f9c300f0244a4f27c735/SOV_9079_kopiya.jpg)
От 1990-х до современности: свобода и авторское самовыражение
1990-е годы принесли художникам-ювелирам немало свободы — и идеологической, и практической, и информационной. Стало доступно частное предпринимательство, и мастера смогли заниматься своим делом без обязательного вступления в Союз художников, работать с драгоценными металлами, не получая их по госзаказу. Открылись магазины с инструментами и оборудованием — раньше многое приходилось буквально изобретать. В этот же момент выходит множество книг о знаменитых ювелирах — Карле Фаберже, Рене Лалике, Луи-Франсуа Картье и многих других, и отечественные специалисты осваивают новые техники и стили. На волне интереса к дореволюционному ювелирному искусству возникает направление неоисторизма — мастеров больше не ограничивают правительственные запросы и отсутствие материалов, появляется много сложных фантазийных изделий, вдохновленных работами Фаберже.
![image](http://www.mos.ru/upload/newsfeed/articles/3a50988b5ee03b56f7e485cc1d5f26af/SOV_9095_kopiya.jpg)
Начало 2000-х — время максимального разнообразия. Если раньше можно было говорить о неких направлениях, которым поддавались практически все авторы, то здесь на первый план выходит индивидуальность — в полной мере авторское искусство. Евгения Кривошеева некоторое время работает с ар-деко («Кобра» получила Гран-при на первом в России ювелирном конкурсе), а потом обращается к современному дизайну и идеям кинематики, Вера Поволоцкая развивает брутальный минимализм. Посвященные 2000-м годам витрины, отмечает Анна Терещенкова, очень эклектичны — эти вещи было довольно трудно объединять, настолько они самобытны и индивидуальны.
![Фото О. Сосницкого. Mos.ru](http://www.mos.ru/upload/newsfeed/articles/6f6317e4093ce3fd8ff8968ac642e18e/SOV_9021_kopiya.jpg)
В 2010-е годы ювелиры намеренно экспериментируют с недрагоценными материалами — делают украшения из стабилизированной бумаги, пластика, фарфора, дерева, ткани. И это не бижутерия или имитация — идея состоит как раз в том, что в руках художника любой материал становится драгоценным, а мастер видит, как можно его раскрыть, явить миру неочевидные свойства. В работах Виктора Вотского скульптура переходит в экспериментальное ювелирное творчество, а Полина Шумкова создает серию музыкальных украшений. В ее изделиях — колокольчики, струны, механизм музыкальной шкатулки. В это же время возникает и концептуальное ювелирное искусство, то, что называется contemporary — когда важен не столько объект, сколько идея, которую он несет, его философия в широком смысле.
![Фото О. Сосницкого. Mos.ru](http://www.mos.ru/upload/newsfeed/articles/6ce7f70027d75f7be9969c53f510a318/SOV_9118_kopiya.jpg)
Завершается выставка работами молодых современных художников, подавших заявку на участие в «Невской перспективе». Они раскрывают актуальные тренды — представлено, например, колье, аксессуары-картриджи в котором можно менять под настроение или подбирать к определенному наряду. Создание коллекций и серий, а не одиночных вещей или комплектов украшений — тоже пример современного подхода. В основе коллекции — тема, идея или материал, и художники смотрят, как можно это развить.
Санкт-Петербург. Гений места
Анна Терещенкова раздумывала над тем, чтобы назвать выставку «Гений места». По ее словам, у петербургских художников, вне зависимости от того, в каком стиле они работают, есть некое единое внутреннее ощущение, определенная общность.
«У наших художников сильна внутренняя сдержанность и лаконичность — это всегда строгий силуэт и минимум деталей. Если есть деталировка, то внутри какой-то простой формы. Как правило, в произведениях не очень много цвета — один или развитие в гамме. Важно ощущение ансамблевости: у самого Петербурга есть гамма и ансамбль — возможно, видя их с детства, художники это впитывают, воспринимают как некую норму. Они не любят смешанность — в городе есть и классика, и модерн, но модерн северный, очень простой, а классика строгая. Это находит отражение в ювелирном искусстве. Любовь к декору выражается не через детализацию и дополнительность элементов, а через очень точно найденные пропорции. Вещи очень графичные, не живописные — ведь сам Петербург графичен. В работах ничего лишнего, полная взвешенность и гармония. Кому-то в них не хватает экстравагантности, но это очень продуманные, гармоничные и завершенные изделия. Возможно, им даже не нужен человек — это самодостаточные вещи в себе», — рассуждает куратор выставки.
Комплект «Ленинградский» — воплощенный дух города: очень простой черный камень, лаконичное серебро, сложная цепочка, но ничего лишнего. В отличие от работ московских мастеров, где много динамики и экспрессии, произведения представителей петербургской школы более спокойные, медленные, плавные и задумчивые.
![image](http://www.mos.ru/upload/newsfeed/articles/235075031324dfd43f3523621c573b15/SOV_9164_kopiya.jpg)
Возможно, именно благодаря этому петербургским мастерам удалось воплотить в ювелирном искусстве даже такую сложную тему, как блокада Ленинграда. Каждый год в Санкт-Петербургском союзе художников проходят выставки, посвященные освобождению города, и ювелиры стараются отразить свое отношение к теме. Сначала казалось, что это слишком сложно: ювелирное искусство — о красоте, декоративности, украшении, и как в этом контексте интерпретировать блокаду? Но художники справляются блестяще. В витрине можно рассмотреть, например, броши Анны Терещенковой «Блокадная геометрия» — это, например, узнаваемое окно, заклеенное крестом, и противотанковый еж. А сестры Тарасовы создали брошь «Разорванное кольцо». Их вдохновил одноименный памятник на западном берегу Ладожского озера, символизирующий Дорогу жизни, по которой эвакуировали жителей осажденного города.
![image](http://www.mos.ru/upload/newsfeed/articles/ebe5e77b5d61caeed09e00091864a705/144_jewel-004-01-DSC03869.jpg)
Выставка «Невская перспектива» будет открыта до 16 марта 2025 года.