Это не мораль, а зеркало. Увеличительное стекло, безжалостно приближающее изъяны человеческой природы. Только искреннее раскаяние может даровать шанс на прощение. В спектакле затронуты вопросы нравственного выбора, загробной жизни и спасения.
«Мы — мерзавцы... Мы все — твари, способные на искреннее раскаяние лишь после смерти. Мы уверены в том, что шрамы от наших нелицеприятных деяний рассосутся сами по себе, и никто и никогда об этом не вспомнит. А здесь помнят и записывают все. Страшно, правда?».
