На минувшей неделе гостем «РП» был воспитанник смоленского волейбола, мастер спорта СССР Игорь МАТВЕЕВ. Игорь Анатольевич рассказал о «мучительно» ранних тренировках Александра Гаврилова, о неограниченном ресурсе ЦСКА в советское время и разгуле преступности в Турции в 90-е годы прошлого века. Игорь Анатольевич пришел в нашу редакцию не с пустыми руками, а c фотоальбомом, в котором запечатлены главные вехи его насыщенной карьеры. Центральное место в нем занимает фотография 1983 года - тогда сборная Смоленска под руководством подающего надежды тренера Александра Гаврилова выиграла Северо-Западную зону РСФСР.
Мне еще было удобно туда добираться - я жил по соседству на Покровке, а некоторые ребята с Поповки (например, Юра Иванов) объезжали практически весь город. Понятно, что пробок тогда не было, но и транспорт ходил размеренно. Кстати, тренировались мы каждый будний день. Но, что еще более занятно, - к назначенному времени приезжали все. - Вы всегда были таким высоким? - На этой фотографии мой рост около 195 сантиметров. Сейчас - два метра ровно. В армии вытянулся (улыбается).- Ваше игровое амплуа?- Несмотря на такие габариты, я могу играть на любой позиции. У Федоровича (Александра Гаврилова) начинал связующим. Позже перепробовал все - нападал первым темпом, был доигровщиком, блокирующим.- По всей видимости, эта универсальность помогала вам по ходу карьеры?- Да. В советское время почти все волейболисты одинаково удачно действовали на любой позиции. Каждый был умелец. В российское - появилась специализация по росту. Попробуй сейчас отыщи разнопланового волейболиста...- Когда вам присудили звание мастера спорта?- В 1985 году я пошел в армию. Служил в киевском СКА. Кстати, изначально действовал доигровщиком. После двух лет военной жизни перебрался в местный «Локомотив» - там уже атаковал первым темпом. В конце 80-х железнодорожники представляли грозную силу. Например, мы дважды выигрывали Кубок СССР и однажды забрались на четвертую строчку итоговой турнирной таблицы чемпионата страны. Первый кубковый успех, датированный 1987 годом, и принес звание мастера спорта. Мне было всего 22 года.- А материально вас наградили?- А как же! В столь юном возрасте у меня уже была трехкомнатная квартира. Изначально, когда я переходил в «Локомотив», тренер Борис Терещук пообещал: «Встанешь в основу - получишь жилье». Так и получилось, я довольно быстро был вознагражден комфортной квартирой.- Как вы оказались в Турции?- В сложное для СССР «переходное» время, увы, началась распродажа волейболистов. Клубам нужно было хоть как-то выживать. По примеру большинства игроков сборной СССР я отправился в Турцию. Хотя предметный интерес ко мне проявляли сильнейшие клубы Германии и Голландии. Их менеджеры выходили на меня и завлекали: «Игорь, бросай все и езжай к нам. Можешь не собирать чемоданы - тебя всем обеспечим!» Но в итоге мне приглянулся берег турецкий. В этой стране я выступал за две команды - и с обеими выходил в элиту. Сначала играл за клуб из города Сабаджи. Мы прогрессировали, подбирались к вершине чемпионата - и тут… двое малолеток убивают владельца команды. В общем-то, учитывая криминогенную обстановку в стране, это обычное дело. Его место занял племянник, которому спорт был совершенно не интересен. Команду распустили, а в спортзале, где мы играли, открыли казино. Мне было далеко за 30, и я решил уйти в команду низшего дивизиона. Поднявшись в классе, наигравшись вдоволь, в 2002 году я вернулся в родной Смоленск, где меня ждали родители.- Получается, ваша насыщенная карьера прошла в четырех городах - двух турецких, Киеве и Смоленске?- Да, я не любитель менять обстановку. Если бы не распался Союз, то, возможно, и не уехал бы из Киева. Но история сослагательных наклонений не терпит. Кстати, гражданство у меня украинское - российское до сих пор не могут вернуть. Так и остаюсь «заслуженным-перезаслуженным» игроком СССР и Украины, а к России вроде как отношения не имею.- Расскажите какую-нибудь забавную историю из волейбольной жизни.- Тренировка легендарного ЦСКА. Понятное дело, что в СССР на эту команду «молились» все. Однажды мой «Локомотив» по соседству с красно-синими проводил тренировочный сбор в Алуште. Наша команда организовывала двухразовые изнуряющие тренировки - прыжки, бег, подтягивания, штанга… ЦСКА, дай бог, тренировался один раз в день. Армейцы выходили, брали в руки мячи, крутили ими вокруг корпуса и … уходили в лагерь. Еще одна история, связанная с «Локомотивом». Как-то мы с тремя ребятами по команде решили отдохнуть в аквапарке. Позагорать, побултыхаться в воде. Пришли и… тут отдыхающие вызывают нас на матч. Конечно, мы были вынуждены согласиться. Представляете, какой был бы резонанс в случае отказа. Люди бы говорили: «Мастера сдрейфили. Испугались!» В итоге первый сет мы благополучно проиграли. Второй - на «зубах» вытащили. В третьем - уже победили на классе, по делу. Зрители, коих собралось несколько сотен, остались очень довольны увиденным. Еще бы, бесплатно посмотрели отличный матч с участием звезд чемпионата СССР!- А по каким правилам вы играли этот матч?- Пляжный волейбол тогда еще даже не зарождался. Мы играли на улице на «мягкой» площадке по правилам «классики». Игры на свежем воздухе - это то, чего не хватает современным мастерам. Вы не представляете, насколько это полезное занятие для здоровья! Кстати, в 80-е годы подавляющее большинство матчей Кубка СССР проводили на улице. Правило «матч состоится при любой погоде» было справедливо и для волейбола.- А в зале тренировались?- Конечно, но у «Локомотива» не было собственного зала. Занимали помещение в ДОСААФ. Большинство тренировок проходило на открытой площадке стадиона «Темп». В понедельник, среду, пятницу - по два занятия. В остальные дни, кроме выходного, воскресенья, - по одному. В субботу, по окончании трудовой недели, у нас был обязательный обряд - баня. Если кто-то не приходил париться, то старший тренер наказывал. Штрафовал деньгами. Где-то 50 рублей. Это были довольно серьезные деньги для того времени. Например, стипендия в Смоленском физинституте тогда составляла 45 рублей. Те, кто не любили баню, чтобы избежать штрафных санкций, приходили на 10 минут - парились и уходили.- А как же семьи? Для женатых были поблажки?- Во время многомесячных сборов их на выходные отпускали домой. А холостым приходилось «вкалывать» по полной программе.- Как с дисциплиной обстояли дела у турок?- Знаете, они тренировались по схожей программе. Правда, у них другой менталитет. Как только чихнул или повредил пальчик - сразу в лазарет. У нас ребята играют с травмами, с многочисленными вывихами, растяжениями. Иностранцы либо испытывают серьезный болевой шок, либо берегут себя. Скорее всего, последнее. На память сразу приходит финал Олимпиады-1968 в Мехико по борьбе. Напомню, тогда легендарный советский Александр Медведь ценой невероятных усилий победил немца Дитриха. Поначалу бой складывался для нашего борца очень неудачно, однако затем произошло «чудесное» преображение - немец сломал нашему богатырю палец. И что бы вы думали? Александр не стал изображать болевые муки, а самостоятельно «вставил» палец на прежнее место. Немец после этого эпизода буквально опешил. «Вернуться» в бой Дитрих уже не сумел - Медведь дожал его в концовке.
- Ваше отношение к нынешнему состоянию дел в смоленском волейболе?
- Я не сторонник кого-то критиковать. Главное - чтобы команда добивалась результата. Если есть высокие задачи, то нужно усиливаться. Если целей нет - стоит подтягивать свою молодежь. Неважно, кто тут тренер - смолянин или приезжий. Пока я вижу, что покупать больших мастеров мы не можем. Значит, нужно растить! Посмотрите, сколько высококлассных игроков подарил Смоленск Суперлиге и Высшей лиге «А»!
