Людмила Фурсова вновь обучается в Белгородском юридическом институте.
Глава МВД Владимир Колокольцев своим личным указанием пересмотрел решение об отчислении из юридического института города Белгорода Людмилы Фурсовой, «девочки из собачьей будки». Об этом пишет «МК» со ссылкой на сайт МВД.
Напомним, жизнь Людмилы Фурсовой из районного поселка Добринка Липецкой области круто переменилась в три года, когда органы опеки забрали малышку от родной непутевой матери. Девочку нашли в собачьей будке, куда та прибилась покормиться и обогреться... Люда хорошо окончила среднюю школу и, выдержав огромный конкурс, поступила на бюджет в юридический институт МВД в Белгороде, чтобы стать офицером полиции. Это была ее заветная мечта.
Но на третьем курсе, узнав, что лишенная родительских прав биологическая мать девушки ныне сидит в тюрьме, Людмилу выставили за дверь... Формально по другому поводу. И потребовали возместить 300 000 рублей — именно столько потратило государство за три года на учебу сироты. «Мне сказали, что нашей Люде нужно в ПТУ, там ей самое место», — переживает Татьяна Демихова, опекун девушки, ее самая настоящая мама, вместе они уже больше десяти лет.
В конце апреля 2017 года курсанта 232-го взвода факультета правоохранительной деятельности Людмилу Фурсову в результате проступка, якобы несовместимого с честью сотрудника полиции, исключили из института. Так написано в приказе о ее отчислении. Оказалось, что еще в середине февраля произошел неприятный инцидент, результатом расследования которого стал этот многословный документ.
«Обладая статусом сотрудника органов внутренних дел РФ, по надуманному поводу, под предлогом плохого самочувствия, не подтвержденного медицинским диагнозом, умышленно с целью получения оправдания своему отсутствию на учебных занятиях в ходе беседы с терапевтом медсанчасти допустила некорректное поведение и высказывание о том, что она «может кого-нибудь застрелить», чем дезорганизовала работу медсанчасти», — так туманно и расплывчато, со многими запятыми говорится об отчислении курсанта Людмилы Фурсовой.
Читайте также: Девушку отчислили из института МВД из-за биологической матери, — СМИ
Якобы студентка пригрозила врачу, что если ее не отпустят с занятий, она кого-нибудь застрелит. Слова врача против слов девочки. Врач говорит, что так было, студентка — что ничего подобного не говорила.
«Было другое. Я в тот день плохо себя почувствовала, — рассказывает сама Людмила. — Следующей парой были стрельбы на огневом рубеже. Я пошла в медпункт для того, чтобы мне дали освобождение, потому что сильно кружилась голова, давление поднялось, мало ли что... Все-таки в руках боевое оружие. Вдруг я в обморок упаду? Так честно и сказала, что этого опасаюсь. А в ответ на меня медсестра накричала, что я все придумываю, чтобы отлынить, освобождения она мне не дала».
На том все вроде бы и закончилось. Людмилу просто накормили двумя таблетками глицина и отправили на занятия — правда, на стрельбах она только присутствовала, но не стреляла. Она еще два месяца наравне со всеми спокойно посещает институт и те же стрельбы.
Тем временем рапорт о неподобающем поведении рядового полиции Фурсовой отправился по инстанциям.
А приемной матери в ее деревню позвонил начальник курса подполковник Сорокин, который участливо расспрашивал о житье-бытье, о родных девочки, обещал во всем разобраться. Татьяна Михайловна ему и разоткровенничалась, что нельзя Люду выгонять, жизнь у нее и так была несладкой, а биологическая родительница девочки сейчас вообще сидит в тюрьме — за случайное, по пьянке, убийство сожителя. «Ну я же о плохом не думала, когда говорила о Людиной матери, да и по суду ей она никто давно, ее ведь прав родительских лишили, — переживает Татьяна Михайловна. — Люда с ней с трех лет не живет, и общего между ними ничего нет».
Закон вроде бы однозначен: человек не отвечает за женщину, которая его родила и бросила. Выгнать же девушку за то, что у нее какой-то «не такой» родственник по крови, с которым общая разве что часть ДНК, нельзя, но вот это и самое гнусное — подобрать другую, параллельную причину, лишь бы избавиться от, видимо, неподходящего курсанта.
