«Хоспис – это такое место, которое позволяет людям, семье продолжать любить друг друга и делать все возможное, чтобы у человека, который болеет, и его близких оставались силы радоваться, общаться друг с другом»
В Казани 1 июня был заложен первый камень строительства детского хосписа. Инициатором проекта является председатель Общественного благотворительного фонда помощи детям, больным лейкемией, РТ имени Анжелы Вавиловой Владимир Вавилов. Расположится хоспис на территории детского терапевтического санатория №4, в котором уже действуют две палаты, предназначенные для маленьких пациентов с тяжелыми заболеваниями. Также в Татарстане действует выездная служба хосписа.
Общая стоимость проекта - 152 млн. 200 тыс. рублей, из которых 42 миллиона уже собрали. Еще порядка 360 тысяч рублей были перечислены на строительство лечебного учреждения Государственным симфоническим оркестром Татарстана, который во главе с Александром Сладковским активно участвует в благотворительной деятельности. В День защиты детей оркестр дал концерт и направил всю выручку от продажи билетов (около 330 тысяч рублей) и пожертвования от зрителей (около 30 тысяч рублей) на строительство. В программу концерта вошли классическая музыка и сказка «Спящая красавица», которую читала актриса, соучредитель фонда «Подари жизнь» Чулпан Хаматова. Вела вечер известный журналист, телеведущая Лилия Гильдеева. Обе звезды участвовали в концерте безвозмездно, отказавшись от гонораров. Чулпан Хаматова перед концертом дала интервью журналистам, ответив том числе и на вопросы «Казань 24».
«Казань – это первый город в России, где поняли, что такое детский хоспис и насколько важно иметь в его в своем городе и республике. Мы в Москве делаем это по следам Казани»
Чулпан Хаматова: «Мне кажется, что все казанцы просто обязаны поддержать проект первого детского хосписа. Я хотела бы сказать огромное спасибо Александру Сладковскому: оказывается, Государственный симфонический оркестр Татарстана уже три года сотрудничает с Фондом Анжелы Вавиловой.
Из Москвы некоторые вещи видятся иначе, возможно, более очевидно, чем вам, казанцам. Имея богатый опыт в старании кому-то помогать, я могу сказать: то, что делает Владимир Владимирович Вавилов в Фонде Анжелы Вавиловой, его соратники, друзья – это уникальная вещь! Ее нужно не просто замечать, но и успевать быть в сотворчестве с ними.
Если им не помогать, то они, неся огромную эмоциональную и прочую нагрузку, могут сломаться, а этого нельзя допустить.
Казань – это первый город в России, где поняли, что такое детский хоспис и насколько важно иметь в его в своем городе и республике. Мы в Москве делаем это по следам Казани, мы – вторые. И все это благодаря энергии отдельных людей!
Я счастлива быть здесь, участвовать в благотворительном концерте. Впервые я выступила на сцене БКЗ им.С.Сайдашева «122 года» назад, учась в театральном училище, играла сначала Белоснежку, а потом Золушку на абонементных концертах для детей. В Москве, кстати, такие концерты возродили – в концертном зале имени П.И.Чайковского каждую субботу собираются дети, слушают классическую музыку, а артисты им читают сказку».
«Нужно, как можно больше, говорить о том, что хоспис – это не дом смерти»
- Чулпан, хоспис – место для многих людей грустное и страшное. Как вы думаете, российское общество созрело, чтобы адекватно реагировать и обсуждать важность их строительства?
- Для этого очень нужна помощь СМИ. Нужно объяснить людям, что такое хоспис, ведь никто этого не знает. Все думают, что это некий дом, куда сдают безнадежных людей. Но это не так! Хоспис – это такое место, которое позволяет людям, семье продолжать любить друг друга и делать все возможное, чтобы у человека, который болеет, его близких оставались силы радоваться, общаться.
Наверняка, многие представляют, что такое онкологический больной в семье в нашей стране. Нужно пройти огромное количество бюрократических препон, чтобы получить обезболивающие препараты и просто избавить своего любимого человека, не говоря уже о ребенке, от боли! В этом аду, который начинается, у людей не хватает сил, чтобы просто поговорить, прочесть сказу, успокоить больного. Мамы, родственники, друзья вовлечены в борьбу с болью и отчаянием.
Хоспис – это то место, где работает множество служб. Во-первых, домой к больному может приехать специальный сотрудник, чтобы помочь избавиться от боли. Во-вторых, работает психолог, который тоже может выехать на дом и помочь родственникам больного справится с бедой, научить разговаривать с заболевшим. У вас не будет ощущения, что вы остались один на один со своим горем. Когда болезнь прогрессирует, и дома с ней уже не справится, больного отвозят в хоспис, который, по тем стандартам, к которым мы стремимся, совершенно не напоминает больницу. Например, в первом московском хосписе для взрослых даже запрещено ходить в белых халатах. Это некий дом, куда приходят музыканты и актеры, обязательно живут родственники. И когда критический момент болезни позади, взрослый пациент или ребенок возвращается домой.
Никто не знает, сколько ему отпущено – неделя или несколько лет, но это время должно быть прожито достойно, а не в тех унижениях, как это происходит сейчас. Нужно, как можно больше, говорить о том, что хоспис – это не дом смерти, куда сдают родственника и забывают о нем, чтобы идти дальше. Сейчас у нас людям очень тяжело признаться своим знакомым, что член их семьи находится в хосписе. Людям кажется, что на них начнут смотреть косо и осуждать. Это не так! Хоспис – это нормальная мировая практика, не связанная с желанием отделаться от больного!
- В какой момент жизни, карьеры вы осознали, что ваше призвание – помогать людям?
- Я ничего не осознавала. Просто я очень счастливый человек – мне повезло, что я пошла за людьми, которые уже продирались сквозь эту чащу. Это были замечательные, редкие люди! Директор нашего фонда Галина Чаликова, которая сама умерла от рака, потому что не успевала заниматься собой, уникальный человек. Когда ты стоишь рядом с человеком, который весь светится, наполнен верой в то, что жизнь прекрасна, и ее можно своими силами сделать лучше, тогда ты просто встаешь рядом и идешь!
- Чулпан, а ваши дети участвуют в благотворительной деятельности?
- Думаю, мои дочери уже не понимают разницы между благотворительностью и обычной жизнью. Они дружат с детьми, которым мы помогаем, переписываются, ходят на все наши мероприятия. Я надеюсь, что это для них это нечто само собой разумеющееся. Это наша всеобщая мечта, чтобы такого рода деятельность, поведение и поступки перешли из понятия благотворительность в область обыденности нашей жизни.
- Вы сейчас проходите обучение актерскому мастерству за рубежом, расскажите, пожалуйста, чему вы учитесь?
- Я прохожу всевозможные воркшопы, изучаю различные актерские техники, существующие в мире, которые не могут добраться до России. Мне было очень интересно узнать, что, помимо системы Станиславского, есть разные хитрые подходы к профессии: как готовить свое тело, настроить голос и, вообще, как существовать на сцене немного по-другому, нежели мы привыкли.
Но я учусь не только в рамках актерской профессии. В моей жизни начался очень интересный период: мы подписали соглашение с одним из старейших американских фондов, который входит в тройку крупнейших в США. Они взяли на себя полный research нашего фонда, сказав: «Да, вы достойные ребята, мы будем вам помогать!» Они учат нас, как нужно общаться с врачами, а как с селебрити, существуют целые законы, которые продуманы и проверены временем. их нужно брать и пользоваться, что мы и делаем. Единственное, они не могут обучить нас общению с властью, поскольку данный фонд никогда с ней не контактирует по той простой причине, что власть может быть слишком кратковременной и не выгодно тратить время на построение контактов с ней.
- А как происходит обучение: вы летаете в Америку?
- Мы, «чиновничья верхушка» фонда «Подари жизнь» (хотя, конечно, никакие мы не чиновники!), провели довольно много времени в Штатах. Сейчас туда направляются координаторы по волонтерскому движению, врачи, работники социальной части, которые общаются с мамами больных детишек. Конечно, разница менталитетов колоссальна! У нас мама, как правило, остается одна. Отцы, узнав, что ребенок болен, уходят из семьи, оправдываясь, что им страшно. И фонд «Подари жизнь» кормит и одевает маму, которая вынуждена бросить работу. Отказаться от этой деятельности мы не можем.
Мы спросили, как решают эту проблему в Америке? Наши собеседники сделали квадратные глаза и сказали: «У нас приходят соседи и предлагают помощь!» У них не было ни единого случая, когда мама больного малыша не получила первичную помощь от людей, живущих с ней по соседству.
«Если говорить про «родственные связи» и делать ДНК крови, то я актриса «Современника»
- Планируете ли вы этим летом отправиться в отпуск или будете заняты ли в каких-либо съемках, спектаклях?
- В съемках я занята не буду. Но я начала репетировать спектакль «Укрощение строптивой» в «Театре наций» с молодым режиссером Романом Феодори. Это прекрасный парень, который не хочет перебираться в Москву, хотя его приглашают многие театры, причем, в качестве главного режиссера, но ему очень нравится работать в провинции. Он говорит, что жизнь только там, а не в вашей Москве!
- Сейчас вы являетесь штатной актрисой театра «Современник» и сотрудничаете с Театром наций?
- Да. Если говорить про «родственные связи» и делать ДНК крови, то я актриса «Современника», часть семьи. А Театр наций, где труппы нет и все артисты приглашенные, тоже замечательная площадка. Это здорово, когда режиссер свободен в выборе артистов, а ты, как актер, свободен принять или не принять то или иное предложение.
