В урочище Чапчачи в Яшкульском районе, близ п. Чилгир, идет строительство хурула. Точнее говоря, здесь хотят возродить родовой зюнгарский хурул, действовавший вплоть до начала коллективизации.
В урочище Чапчачи в Яшкульском районе, близ п. Чилгир, идет строительство хурула. Точнее говоря, здесь хотят возродить родовой зюнгарский хурул, действовавший вплоть до начала коллективизации. В старину его почитали по всей калмыцкой степи, так как здешние священнослужители во главе с багши Дангке строго следовали заповедям Будды и того же требовали от верующих.
Настоятеля люди звали Кёгшн багши – Старый учитель, и не только из-за его возраста. О доброте и мудрости благочестивого старца в народе до сих пор рассказывают легенды и чтят его память, хотя умер он еще в середине XIX века. Русский ученый-этнограф Иродион Житецкий, побывавший в зюнгарском хуруле в конце XIX века, стал свидетелем того, как даже через десятки лет после смерти багши степняки отзывались о нем с глубоким почтением.
«Один из бедных хурулов в Калмыцкой степи это Зюнгаров хурул Ики-Цохуровского улуса. Начальником этого хурула 30 лет назад был Бакша Дангке, почитавшийся за святого человека, - пишет Житецкий в своей книге «Очерки быта астраханских калмыков».
При жизни он отличался бескорыстием, проповедовал аскетизм, убеждая других, что богатство есть главный источник несчастия людей и их греховности, и, умирая, просил избегать богатства. Его традиций Зюнгарский хурул стремится придерживаться и теперь. И вот в этом хуруле хурульные средства заключаются в 6 лошадях и 200 овцах. В других хурулах число скота сравнительно больше. Так, в Мало-Цатановом хуруле, тоже Ики-Цохуровского улуса, в 1885 г. считалось 7 верблюдов, 50 голов рогатого скота и 400 овец. В том же году в МалоЦатановом хуруле Эркетеневского улуса было 20 верблюдов, 70 лошадей, 200 голов рогатого скота и 1000 овец...».
К слову, когда речь заходит о бурятском Хамбо-ламе Итигэлове из Иволгинского дацана, старейшины зюнгаровского рода сразу прерывают: «Зачем так далеко ездить? Надо вернуть на родную землю Кёгшн багши и поклоняться ему, как это делали наши отцы и матери!».
Помню, как по возвращении из депортации на родину дважды в год, словно из ниоткуда, перед нами возникала бабушка Байн, больше известная под именем Цаган Хаалг, - рассказывает ветеран войны и труда Булгун Чонкаевна Яшкулова. Она собирала деньги, масло, молоко, варила мясо, надевала чистые одежды и уходила к месту захоронения багши и проводила там обряд поклонения предкам.
Как известно, Кёгшн багши зюнгарцы поклоняются почти два века. После смерти ламы они возвели его в пантеон святых. Говорят, тело его было нетленным и хранилось в специальном саркофаге в отдельной пагоде на территории хурула. К сожалению, старики, которые знали это место, умерли за годы депортации. Как я сейчас понимаю, Цаган Хаалг была единственной, кто мог показать его молодым.
В начале 80-х годов ХХ столетия, когда в стране наметилась тенденция к возрождению духовности, руководители п. Чилгир, узнав об истории Кёгшн багши, обратились к жителям поселка с просьбой соорудить на предполагаемой могиле ламы алтарь для лампадок. Это были Эрдни Боваев, Бадма Эдлеев, Намру Яшкулов и Нямн Зурганов. С тех пор ритуальные обряды здесь проводятся регулярно, создан общественный совет по возрождению зюнгарского хурула. Вот уже более 30 лет «душой и мотором» этого объединения буддистов является 90-летняя Бата Хейчиевна Аюшева. Ее первые помощники Бадма Цебиков, Баатр Боваев, Араш Манджиев, Байрта Кичикова и другие выходцы из урочища Чапчачи Ики-Цохуровского улуса.
В 1993 году по инициативе Баты Хейчиевны на месте захоронения Кёгшн багши была сооружена небольшая пагода, где и проводят все необходимые религиозные обряды. Посильное участие в строительстве пагоды тогда приняли многие зюнгарцы, - вспоминает Б.Ч. Яшкулова. Артур Боктаев возил кирпичи. Андрей Эрдниев, Амр Яшкулов, Владимир Эдлеев и другие ребята возводили стены. Андрей Насунов сделал ограду вокруг пагоды. Прошу меня простить за то, что не могу назвать всех.
В назначенное время состоялось освящение пагоды. Обряд был торжественным. Провела его Уля Долантаевна Очирова. И вот двадцать лет спустя, сообщила «Известиям Калмыкии» яшкулянка Байрта Кичикова, уже дети и внуки тех активистов решили продолжить благое дело создали религиозную общину имени Кёгшн багши и начали строительство зюнгарского хурула.
По замыслу это будет целый комплекс: храмовое здание, ступа и хозяйственные помещения. Архитектор проекта – Владимир Гиляндиков. Возведены фундамент и цокольный этаж хурульного здания. На днях начали поднимать стены. Активисты надеются, что при поддержке спонсоров до калмыцкого праздника Зул сумеют закончить перекрытие крыши и вставить двери и окна.
Конечно, это не будет копией родового хурула зюнгарцев. Тем не менее мы питаем надежду, что в его стены вернутся нетленные мощи Кёгшн багши, - делится сокровенным Байрта Кичикова.
Как рассказывает моя землячка, 91-летняя Байн Манджиевна Аляева, она хорошо помнит, хотя в 1929 году ей было всего семь лет, как разрушали пагоду и разбивали стеклянный саркофаг, в котором лежал Кёгшн багши. Бросив тело на телегу, повезли в сторону п. Яшкуль. Люди выбегали из домов, ложились на землю, плача. Старались прикоснуться к телеге, чтобы получить благословение.
В 1972 году у Байн Манджиевны гостил Николай Манжиков, который уверял, что в одном из музеев в Ленинграде видел тело Кёгшн багши и надпись: «Мумия из урочища Чапчачи». Какой именно музей это был, она не помнит. Но, как и все зюнгарцы, искренне верит, что тело Кёгшн багши лежит где-нибудь в музейных подвалах, ожидая своего возвращения на родину.
По многочисленным свидетельствам очевидцев тело этого монаха было действительно нетленным. Через 70 лет после кончины, в годы борьбы советской власти с религиозным дурманом, его вытащили из усыпальницы и отправили в центр, якобы, для научного исследования. Когда его везли на телеге, тело растрясло и из царапин текла кровь… Кстати, на сохранившемся акварельном рисунке Кёгшн багши удивительно похож на Ленина. Как пишет писатель Василий Церенов в своем очерке «Последний диспут старого бакши», буддийский монах «умер зимой, предсказав день и час своей кончины. Ученики, совершив необходимые обряды, похоронили его в родном кочевье урочище Чапчачи…Через несколько дней после похорон, рассказывают, кто-то из табунщиков увидел, что над могилой старого багши ночью всходит дугой полоса голубого света. Другие замечали днем молодого послушника, который ходил за водой к находившимся поблизости колодцам и затем около могилы старого багши таинственно исчезал. Гелюнги, опечаленные кончиной настоятеля, приняли эти свидетельства за приметы необыкновенного свойства и предназначения своего багши. Они вырыли из могилы его тело, поместили в легкую деревянную гробницу, над которой разбили юрту. Вскоре общими усилиями построили небольшое каменное здание, где в застекленном с одной стороны деревянном саркофаге и разместили тело старого багши. …
В годы гражданской войны гелюнги, опасаясь возможных боевых действий, перевезли тело в глухое кочевье. В 1922 году, по воспоминаниям зюнгарских старожилов, здание усыпальницы было отремонтировано и тело настоятеля установлено в прежних покоях. В калмыцкие степи пришла советская власть. Это были годы, когда ломались вековые устои, рождались новые традиции. Ветры перемен вскоре коснулись и степной усыпальницы. В 1925 году в журнале «Вестник Калмыцкого обкома РКП(б)» была опубликована заметка под характерным для того времени заголовком «Мощи как доходная статья гелюнгов». Ее автор, известный административный работник, рассказав читателям о своем посещении Зюнгарского хурула и кратко упомянув историю старого багши, настаивал немедленно «заняться разоблачением этих гнусностей, предмета обмана темных калмыков». Но в то время власти не решились трогать ни усыпальницу в Чапчачи, ни объект культа.
Беда грянула в 1929 году. 8 сентября того года в областной газете «Красная степь» была опубликована статья «Часовенка на Чапчачи». «Более полувека стоит часовенка, говорилось в ней, более полувека темное степное население поклоняется «святым мощам». Пора, заключал автор, развенчать мертвого Лавгу (так он в статье называл старого багши) и его истомившиеся кости пустить в естественный круговорот. А на месте часовни с уродливыми божьими образами вместо «святых мощей», сеющих дурман и затемняющих сознание масс, поставить фасную кибитку для просвещения трудящихся хотона».
20 сентября состоялось внеочередное заседание бюро Ики-Цохуровского улусного комитета ВКП(б), на котором была обсуждена названная статья и принято следующее решение: «Мощи считать необходимым вскрыть, создать комиссию, пригласив в качестве эксперта врача Осетрова». На следующей неделе редакция «Красной степи» сообщила о мерах, принятых по статье «Часовенка на Чапчачи». ...
Настоящее имя старого багши Шиивин Давга. У настоятеля был младший брат Галв, потомки которого сегодня проживают в различных районах Калмыкии и в Америке. В семейном кругу перерожденцем старого багши считали его внучатого племянника Урлю Бодгаева (1900— 1980), который всю жизнь оставался верным духовному призванию».
