Игорь Бахтин, заместитель директора по художественно-постановочной части в Челябинском театре оперы и балета, рассказал о том, как новые технологии отразились на подготовке спектаклей.
«Говорят, что не человек выбирает театр, а театр человека. У меня, наверное, так и было — я всю жизнь работаю в театрах, сначала — в любительских, потом в профессиональном. Вообще заканчивал институт культуры по специальности «режиссура». Долгое время работал во дворцах режиссером массовых представлений, руководителем театрального коллектива. А в 1998 году пришел в оперный. Потом на какое то время уезжал, а в 2006 году вернулся, да так здесь и остался. Раньше моя должность называлась заведующий художественно-постановочной частью, потом — технический директор, сейчас — заместитель директора по художественно-постановочной части. Суть от этого не меняется.
В мои обязанности входит в принципе руководство всей подготовкой спектакля — от работы над эскизами с художниками до выпуска, которым занимается около 13 подразделений — это и машинно-декорационный цех, звукоцех, цех электроники, гримерно-парикмахерский, костюмерный и другие. Я руковожу этими службами и мастерскими.
Художник привозит только эскизы, а потом это все нужно превратить в дерево, металл, ткань… Основная, так сказать, работа ложится на наши плечи.
Рабочий день у меня ненормированный. Утро начинаю с обхода всех мастерских — смотрю где что делается. Например, сейчас вот готовится премьера обновленного «Лебединого озера». Нужно постоянно проверять, на каком этапе находятся декорации, реквизит, что делает столярный цех. Какие то вопросы приходится решать — или конструктора пригласить, или с художником связаться. Продолжается рабочий день, когда приходят на сцену монтировщики и начинают готовить вечерний спектакль.
Есть очень сложные спектакли, когда не менее 10 человек вынуждены передвигать, раздвигать, поднимать, опускать декорации — руки устают. И при монтировке, и во время спектакля я нахожусь здесь же: помочь что то сделать, когда рук не хватает, поднять штанкет или принести что нибудь…
Бывает, что нереальные запросы у приезжих художников или режиссеров — нужно и такое сделать, и вот такое… Они говорят: «Мы же в 21 веке живем и должны соответствовать уровню современного театра». И иногда приходится доказывать, что мы то живем в 21 веке, а театр строился еще до войны прошлого века. Он по сути должен был вступить в эксплуатацию 7 ноября 1941 года, но из-за войны тут сделали завод, и театр открыли только в 1956 году. Так это когда было то! Вот и приходится объяснять: это возможно, а вот это — вы лишка хватили. От каких то вещей приходится отказываться, а какие то изобретать — находить новые технические возможности, вспоминать хорошо забытое старое в театральном производстве.
Конечно, иногда с материалами трудновато. Здесь особенно нелегко костюмерам и бутафорам приходится — все эти царские дворцы, избы, поля — делают их из дерева да пенопласта, а так и не скажешь. Передвигать это все по сцене не так трудно чисто физически — вот, например, видите бочку? На вид огромная и тяжелая, а на самом деле — легкая. Так же и с передвижными декорациями. Другое дело, что техника иногда и подвести может, бывали у нас такие случаи. Где то механика сцены может выйти из строя — допустим, штанкетное хозяйство уже очень старое. Есть электрические штанкеты, которые управляются с пульта, а вот ручные — понадежнее будут. Бывало, что откажет штанкет, и должен в это время пойти «задник» — а он не уходит. Такие накладки бывают, к счастью, нечасто.
Новые технологии у нас в театре сейчас уже дают о себе знать. Но они труд работниковотнюдь не облегчают. Да они и не для этого созданы в принципе, а для того, чтобы оформление спектакля сделать каким то особенным. Появились у нас, например, хорошие видеопроекторы, которые управляются с помощью компьютеров, делают картинку для зрителей. Например, в балете «Ромео и Джульетта» используется видеопроекция — там эти скрещенные мечи, одуванчики летают… Этим занимается цех электронного оборудования. Опять же — никакого облегчения в плане работы, наоборот — это надо сначала видео найти, потом смонтировать, потом транслировать его, следить за спектаклем.
Свет в последние годы тоже стал очень современным, если можно так выразиться. Появились всевозможные интеллектуальные электронные приборы. Они в каком плане полезны? Приходят осветители, опускают софит, направляют — и сразу смотрят — ага, не туда луч попал, поправили. Меняются фильтры, рассеиватели — ну это вы знаете, бывали и на дискотеках, и на концертах. Оно, конечно, качество спектакля улучшает, но вот работы уходит на все это не меньше.
У нас вообще сейчас очень много электронного оборудования, управляется оно, в основном, с пульта. Но что то и вручную двигаем.
Работать в театре и не любить его — невозможно, и это не высокие слова, а простой будничный факт. Ну в самом деле, подумайте: иногда приходится и по 10 и по 12 часов без отдыха работать, и уж если человек на это идет — значит это чем то оправдано».
